В Вашингтоне проходит международная конференция Фонда Карнеги за Международный Мир по ядерной политике.

В интервью Русской службе Голоса Америки участник конференции и эксперт Московского Центра Карнеги Алексей Арбатов прокомментировал слова о «маленьком» ядерном арсенале Китая, прозвучавшие на конференции:

Алексей Арбатов
Алексей Арбатов – руководитель Центра международной безопасности Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова.
More >

– Что значит маленький ядерный арсенал? Если с помощью этого арсенала в течение нескольких часов они могут уничтожить 50 миллионов американских граждан – это маленький арсенал или большой? Здесь вопрос в том, какие у вас точки отсчета. По сравнению с ядерными силами России и США у Китая, конечно, значительно меньше – в этом ни у кого нет сомнения. Но явно не так мало, как он пытается произвести впечатление, при этом не предлагая никаких формальных данных.

Именно из-за скрытности китайского режима оценки экспертов расходятся.

По минимальным оценкам, это 300 ядерных боеголовок на носителях разного класса. Межконтинентальных ракет, которые могут долететь до США, у Китая примерно 50. Плюс еще сто ракет средней дальности, которые достают до России и до всех американских союзников на Дальнем Востоке – Япония, Южная Корея, Индия... Китай – это очень серьезный фактор. [Ядерного оружия] у него, видимо, гораздо меньше, чем у России и США, – но гораздо больше, чем у всех остальных шести ядерных держав. Мы знаем, что уже много лет Китай ведет строительство огромных подземных тоннелей, которым не может быть другого объяснения, кроме как служить хранилищем для большого запаса ядерного оружия – в том числе ракет на мобильных пусковых установках. И нам приходится предполагать, что ядерный арсенал Китая может быть велик – и насчитывает, может быть, и 700 боезарядов.

- Могут ли Россия и США убедить Китай играть более активную роль в процессе, присоединиться к переговорам по ядерному разоружению?

Китай не может присоединиться к этим переговорам. Они продолжаются больше 40 лет, выработана система переговоров, концепции стратегической стабильности, паритета – Китай не может просто так вступить в эту игру со своим ядерным арсеналом. Помимо всего прочего, между Россией и Китаем не существует отношений взаимного ядерного сдерживания, то есть у России нет оснований вести переговоры с Китаем. У США есть отношения взаимного ядерного сдерживания с Китаем, но очень асимметричные: с огромным превосходством на стороне США и по ядерным вооружениям, и в области противоракетной обороны. В то же время дальнейшее сокращение ядерных вооружений США и России вряд ли возможно, если будет сохраняться неопределенность в отношении наличных сил Китая и планов их дальнейшего развертывания.

Кого сдерживает ядерное оружие?

Нельзя сказать, чтобы проблемы между США и Россией были решены. Напряжение между двумя странами является очень серьезным препятствием для шагов как в области ядерного разоружения, так и укрепления режима нераспространения ядерного оружия. Весь процесс останавливается. Сейчас у нас впервые в истории после заключения важного договора СНВ в Праге – у нас нет согласия относительно того, как двигаться дальше – и вообще, нужно ли двигаться дальше.

Пришло время более основательного пересмотра концепции ядерного оружия – поскольку после окончания «холодной» войны трудно представить себе нападение одной державы на другую.

О какой можно говорить агрессии, когда российский стабилизационный фонд, на котором держится наше финансовое благополучие, весь в американской валюте и ценных бумагах американских правительственных выпусков, когда Россия экспортирует 80% своей нефти в Европу, 70% газа, 50% угля – а в Европе 21 государство – члены НАТО? Мы экономически взаимозависимы, мы политически взаимозависимы, потому что ни одну серьезную проблему в мире не можем решить, когда мы не сотрудничаем. Вот, например, в Мали решили проблему очень быстро, потому что Совет Безопасности ООН выдал санкцию, а в Сирии решить не можем, потому что сохраняются противоречия.

Сдерживание остается, потому что накоплен огромный арсенал ядерного оружия – но эти ядерные боеголовки не защищают нас от реальных угроз – распространения ядерного оружия в мире, ракет. Если от этого арсенала и есть какой-то эффект – так он, наоборот, только поощряет другие страны приобрести такое оружие. Ядерное оружие не может сделать ничего против террористов, потому что нет объекта для возмездия. Доступ террористов к ядерному оружию – это самая страшная и катастрофическая вероятность, на которую нам приходится рассчитывать. Ядерное оружие ничего с этим не может сделать – а продолжает адресовываться тем угрозам, которых уже не существует. Поэтому стоит вопрос о том, что ядерное сдерживание устарело – по крайней мере, в отношениях между великими державами.

При этом отказ от ядерного сдерживания возможен только в том случае, если будут выработаны какие-то другие механизмы, нормы, более того – вся международная безопасность будет построена на других принципах, где малые государства больше не будут бояться больших и пытаться уравнять силы при помощи «ядерной дубинки».

Применит ли Северная Корея ядерное оружие?

Если это и произойдет, то по случайному стечению обстоятельств. Никакое рациональное соображение не может подтолкнуть Северную Корею к такому шагу, потому что это будет означать конец режима. Это не сталинский режим в последние годы – Сталин был настоящим маньяком, который мыслил категориями третьей мировой войны, в результате которой должен был победить коммунизм, и жил он очень скромно. А северокорейские лидеры живут роскошно, им есть что терять – зачем им война? Она их уничтожит. Но такая безответственная агрессивная политика с их стороны может привести к военному конфликту, эскалация которого не исключает применения ядерного оружия, и этого стоит опасаться.

В случае другой страны, вызывающей беспокойство мирового сообщества, – Ирана – следует помнить, что, по крайней мере, изначально у этой ядерной программы было оправдание.

Можно ли договориться с Ираном?

Иран начал свою программу из страха – когда Ирак начал серьезную ядерную программу. В 80-е годы была война, в которой Ирак применил химическое оружие, и все закрыли на это глаза. Но когда с иракской программой было покончено – для Ирана продолжать свою программу, тем более будучи членом договора о нераспространении ядерного оружия, было бесчестно. И попытки международного сообщества добиться прекращения военных программ со стороны Ирана в обмен на экономические блага и гарантии безопасности не дали плодов. Но началось все с того самого страха. И если в будущем великие державы будут сохранять за собой право применять силу против маленьких и слабых государств – те будут стремиться приобрести ядерное оружие.