Центризбирком проявил невиданную доброжелательность при регистрации кандидатов в президенты. Все политики, кто после выдвижения сохранял серьезный вид, заявлял об активном сборе подписей и принес ящики с ними в ЦИК, стали официальными претендентами на главный пост в государстве.

Бюллетень-2018 будет выглядеть так: Сергей Бабурин (Российский общенародный союз), Павел Грудинин (КПРФ), Владимир Жириновский (ЛДПР), Владимир Путин (самовыдвижение), Ксения Собчак («Гражданская инициатива»), Максим Сурайкин («Коммунисты России»), Борис Титов (Партия роста) и Григорий Явлинский («Яблоко»). Это не только рекордное количество кандидатов со времен первых выборов Путина в 2000 году, но и первый случай, когда Кремль решил использовать в президентской кампании чисто политтехнологические приемы, обкатанные в регионах.

Сакральное и профанное

Поначалу казалось, что кандидатов на этих выборах будет меньше – противников Владимиру Путину подбирали в символических целях. В списке допущенных до выборов читается в первую очередь сигнал Западу – Ксения Собчак шесть лет назад митинговала на Сахарова, имеет свой взгляд на присоединение Крыма. Лидер «Яблока» Григорий Явлинский не был допущен до выборов в 2012 году, а сейчас пожалуйста. Месседж понятен – власть допускает до выборов кандидатов с самыми радикальными предложениями, посягающими на Крым, а теперь взгляните на их результат. Явлинский и Собчак – символ демократичности кампании. 

В списке присутствуют представители системных КПРФ и ЛДПР – символ стабильности и крымского партийного консенсуса, а также бизнес-омбудсмен Борис Титов, который в статусе кандидата в главы государства договаривается о возвращении блудных российских бизнесменов (и их денег) из эмиграции на родину.

Списки кандидатов в президенты формировались по символическому принципу с 2004 года: традиционно в них включали представителей системных парламентских партий и какого-нибудь условного представителя либерального лагеря – например, в 2012 году Кремль уважил умеренную часть протестующих на Болотной и Сахарова, предоставив им возможность проголосовать за Михаила Прохорова.

С начала нулевых победа кандидата от власти на президентских выборах и его высокий результат не подвергались сомнению, поэтому остальные фамилии в бюллетене можно было использовать в качестве сигнальных шашек для Запада или общественных групп внутри страны. К собственно электоральному процессу в президентской кампании этот подбор никакого отношения не имел, это было скорее послание городу и миру о текущих внешне- и внутриполитических воззрениях за кремлевской стеной.

Бюллетень-2018 в истории российских президентских выборов – новинка. В нем присутствуют кандидаты, которые в России обычно встречаются только в настоящих, конкурентных кампаниях в регионах. У них нет никакой символической роли – эти политики участвуют в политической борьбе. Это коммунист с национально-имперским оттенком Сергей Бабурин, возглавляющий Российский общенародный союз, и лидер партии «Коммунисты России» Максим Сурайкин. Они классические кандидаты-спойлеры.

По закону им пришлось собрать 100 тысяч подписей (как представителям непарламентских партий). Без особого шума, за короткий срок нужное число автографов у Бабурина и Сурайкина загадочно набралось, более того, Центризбирком признал эти подписи действительными. Ранее те же «Коммунисты России» и Российский общенародный союз успехами в регистрации даже на региональных выборах не отличались: сил, сторонников, а главное – средств у этих партий очень мало.

Здесь нужна короткая оговорка: признание подписей в поддержку кандидатов (в сельские депутаты ли, в президенты – не важно) действительными целиком находится на совести избиркома. В 2012 году на выборах мэра Архангельска отказ в регистрации получил глава областной «Единой России» – человек известный и обеспеченный, который явно мог собрать качественные подписи. Но избирком был под контролем действующего мэра Архангельска, который отсек статусного конкурента и победил. На президентских выборах 2008 года целый миллион подписей волшебным образом собрал демократ-масон Андрей Богданов, набравший в итоге меньше миллиона голосов. Эти два примера показывают, что институт сбора подписей дает власти возможность сформировать нужный список кандидатов.

Если спойлеры появились в бюллетене на президентских выборах, значит, это нужно администрации президента. Зачем – можно понять, посмотрев на региональные кампании, где время от времени появляются кандидаты от этих партий. «Коммунисты России» были полезны региональным администрациям там, где работают сильные и в то же время резко оппозиционные отделения КПРФ. Спойлер отбирал у Компартии несколько процентов, но в парламент не проходил. КПРФ при этом теряла места в заксобрании, а значит, и влияние.

В особо проблемных случаях регистрируют даже двух красных спойлеров – к «Коммунистам России» прибавляется КПСС того же Андрея Богданова. Эти правила действуют и на губернаторских выборах. Там происходят трагикомичные случаи: сильного выдвиженца КПРФ из опасений проигрыша могут и не зарегистрировать по муниципальному фильтру, зато у неизвестного спойлера обнаруживаются за спиной муниципальные депутаты (как правило, единороссы). Так было, например, в Тверской области и Бурятии.

Итак, коммунистические спойлеры применяются в случаях, когда КПРФ или ее кандидат могут получить очень хорошие результаты или вовсе победить. Умные региональные власти стараются не прибегать к услугам альтернативных красных: выдвижение и регистрация заведомых спойлеров – это сигнал, что у администрации есть проблемы. Регистрация таких кандидатов и списков всегда влечет за собой скандал: помощь властей в сборе подписей обнаруживается и становится публичной.

Кремлю тем не менее такие кандидаты оказались нужны. И Бабурин, и Сурайкин по классической отработанной схеме должны отбирать голоса у выдвиженца КПРФ Павла Грудинина. И здесь возникает вопрос – неужели этот кандидат так силен, что для эффективной борьбы с ним пришлось выдвигать спойлеров, чего на президентских выборах в нулевые никогда не бывало?

Кандидат не-Путин

Возможно, первоначально в администрации президента и самой КПРФ считали выдвижение директора совхоза имени Ленина полезным шагом каждой из сторон. Для Кремля новое лицо, интернет-популист из ютьюба мог повысить явку, а Геннадия Зюганова Грудинин избавлял от возможного проигрыша Владимиру Жириновскому. Пара первых телеэфиров Грудинина подтверждали такую точку зрения: ведущие ток-шоу относились к коммунисту очень благожелательно.

Однако после новогодних каникул тональность резко изменилась. Павла Грудинина стали обвинять в сокрытии офшоров, зарубежной недвижимости и счетов. Потоки компромата полились на вроде бы согласованного кандидата отовсюду – из рейтинговых телепрограмм, со стороны конкурентов (особенно усердствует Жириновский). Один из приближенных к Кремлю политтехнологов, Олег Матвейчев в колонке на «Газете.ру» даже объяснил, что в черном пиаре и компромате нет ничего плохого: избиратель имеет право знать о кандидате все.

Сам Грудинин и КПРФ от этих атак отбиваются довольно вяло. Точно так же можно охарактеризовать и президентскую кампанию коммунистов. В соцсетях выдвижение Грудинина встретили воодушевленно, люди начали сами за него агитировать, но он не пошел навстречу своим потенциальным сторонникам. В рамках предвыборного турне выдвиженец КПРФ не проводит массовых митингов, а встречается лишь с коммунистическим активом.

Публичные выступления Павла Грудинина скорее отталкивают новых избирателей: он хвалит Сталина, включил в свою программу пункты о национализации (правда, сырьевых отраслей) – это не нравится не только либералам, но и умеренным левым. От прежних выступлений, которые прославили Грудинина в ютьюбе, не осталось и следа. Пламенного популиста, который с иронией вспоминал гонку вооружений в СССР, говорил о шведском примере, больше нет – избиратели видят классического представителя КПРФ последних лет. Рейтинги Грудинина колеблются на уровне 7–8% и примерно равны показателям Жириновского.

Есть точка зрения, что черный пиар против коммуниста запущен Кремлем с хитрой целью его раскрутить: вот какой он сильный, раз его так мочат. Но такую позицию вряд ли можно воспринимать серьезно. Черный пиар против новичка автоматически маркирует его: для большинства Грудинин теперь красный олигарх, который прячет свои деньги в офшорах.

Проект президентской администрации по поднятию явки с помощью свежей фигуры можно считать отмененным: пропаганда втолковала избирателям, что выдвиженец КПРФ – нехороший человек. Многие из тех, кто на выборы идти первоначально не хотел, а с появлением красного популиста задумался, а не сходить ли, теперь разочарован. И сам современный красный директор оказался не таким уж современным, и ТВ раскрыло все его тайны. Тем не менее атака на Грудинина продолжается, более того, против него выставлены чистые спойлеры – Сурайкин и Бабурин.

Долгое время президентские выборы были для администрации президента некоей чистой зоной сакрально-символического. Владимиру Путину должны были противостоять кандидаты с понятной смысловой нагрузкой, в победе главного кандидата никто не сомневался, поэтому она должна была выглядеть красиво. Никаких спойлеров для отъема голосов у конкурента, ведь, как недавно говорил Дмитрий Песков, конкурентов у Владимира Путина на политическом олимпе нет. Никакого черного пиара. Все чинно, стерильно и сакрально.

Кампания-2018 эти табу нарушает. Выясняется, что в президентской администрации реально опасаются популиста из КПРФ и делают все возможное, чтобы он не получил хороший результат. Защита от Грудинина выстроена по канонам, отработанным на региональных конкурентных кампаниях. Само присутствие спойлеров – доказательство опасений по поводу результатов в Кремле, восприятия выборов в администрации как потенциально конкурентных, иначе зачем спойлеры и черный пиар?

Дело здесь не в Грудинине, который не делает ничего для роста своей популярности и сам по себе опасности Владимиру Путину не представляет. Кандидат от КПРФ стал для администрации персонификацией опасений, связанных с непутинским большинством, гражданами, которые перестали ходить на выборы и поддерживать власть. Они успели себя показать на выборах в Госдуму 2016 года с явкой ниже 50%, в Москве дебют случился раньше – голосовать за кандидатов в мэры в 2013 году пришло чуть больше 30% избирателей, Сергей Собянин набрал 51%, Алексей Навальный – 27%, дело чуть не дошло до второго тура.

В президентской кампании 2018 года, вопреки общему мнению, есть борьба – это борьба администрации с загадочным непутинским большинством, противостояние собственным кремлевским опасениям и тревогам по этому поводу. Грудинин, каким бы слабым кандидатом он ни был, стал для Кремля персонификацией случайной воли этого большинства – мало ли как и почему люди могут проголосовать? А вдруг за него – по приколу, из ностальгии или протеста?

Судя по всему, президентская администрация решает такую задачу-минимум: непутинское большинство должно остаться просто непутинским, его голоса не должны утечь в другую сторону. Отсюда компромат и спойлеры. Благие намерения обеспечить явку 70% с помощью нового кандидата потихоньку привели в ад. Кампания последнего срока Владимира Путина оказалась грязной. В ней обнаружилась борьба и скрытые противоречия.

следующего автора:
  • Андрей Перцев