В соответствии с распоряжением Министерства юстиции Российской Федерации от 8 апреля 2022 года Московский центр Карнеги, представлявший в России Фонд Карнеги за международный мир (США), прекратил свою работу. Этот сайт — архив материалов Центра, опубликованных до 8 апреля 2022 года. Новые публикации Фонда Карнеги за международный мир на русском языке вы можете найти на сайте Carnegie Politika.
Россия уже не империя и не будет империей; интеграционные процессы на постсоветском пространстве уже диктуются не имперскими, а конкретными экономическими интересами. Но Россия пока еще находится на выходе из имперского периода. Продолжается и другое движение — по пути к демократии и к демократизации общества.
В книге Д. Тренина «Post-imperium: евразийская история» международная политика России рассматривается как внешнеполитическое проявление особого, переходного состояния российского общества и государства — post-imperium. Однако вызовы XXI века потребуют от РФ внесения существенных корректив в ее внутреннюю и внешнюю политику.
Сегодня «китайский фактор» существенно влияет на курс России в целом ряде сфер внутренней и внешней политики. С другой стороны, хотя Россия не занимает центрального места во внешней политике Китая и никак не влияет на его внутреннюю политику, хорошие отношения с Москвой представляют собой важный элемент общей стратегии Пекина.
Накануне президентских выборов Россия сталкивается как с внутренними протестами, так и с внешнеполитическими сложностями. Протесты, с началом которых в декабре прошлого года страна вступила в новый период политической истории, будут продолжаться и после выборов. Что же касается вопросов внешней политики, то они в предвыборной кампании занимают не самое важное место.
Несмотря на текущую антиамериканскую риторику, Москва на самом деле всегда пыталась наладить сотрудничество с Вашингтоном — но США, к сожалению, не задумываются о стратегическом сотрудничестве с Россией.
То, как Путин представляет себе военную модернизацию, вызывает несколько серьезных вопросов. Важная проблема заключается в том, что идеи Путина по-прежнему базируются на концепте, согласно которому США — главный враг России.
Если после президентских выборов оппозиции, недовольной их результатами, удастся вывести на улицы Москвы сотни тысяч человек, мы, вероятно, можем стать свидетелями революции. Действующая власть и так уже стала бояться за свои позиции. Однако революционный сценарий все-таки маловероятен.
В России считают, что более жесткие санкции против Ирана не только не поспособствуют прекращению иранской ядерной программы или росту недовольства иранского народа против правительства, но и не предотвратят воздушный удар Израиля по Ирану, что, в свою очередь, втянет в войну США.
Последние 20 лет Россия находится в устойчивом постимперском состоянии, или в состоянии post-imperium. Обратно — к империи — для России пути нет, поскольку точка невозврата уже пройдена.
Борьба за выдвижение кандидата в президенты США от Республиканской партии обостряется. Вопрос отношений с Россией находится на дальней периферии избирательной кампании, но характерно, что даже в целом умеренный Ромни предлагает жесткий подход к России в противовес «перезагрузке» Обамы.